Первый день войны
А что это был за день?
-Июньское воскресенье.
Где полдень, жара и лень,
Цветов полевых цветенье.
Сгорая текла смола,
И горечь во рту от гари.
И Родина-Мать звала
Под скрежет огня и стали.
А что это был за зов?
-Отход порядевших взводов
Под топот чужих подков,
Под пенье гудков заводов.
Сменяли речушки цвет
На кровь без вины убитых.
И лился небесный свет
На лопасти "мессершмидтов".
А чтож этот самый свет,
Куда ж они там смотрели?
Чтоб Землю спасти от бед,
В молочной сокрыв купели.
Разбросаны по земле
Те крылья, что ввысь летали.
И трубку курил в Кремле
Великий усатый Сталин.
А что это был за день?
День первый в скорбящем списке.
Отметили списки те
Звездою на обелиске.
И кто бы что не соврал
Об этом под модные перлы,
Сегодняшний вряд ли б настал
День, если б отсутствовал первый!
Мы виноваты
А мы виноваты, все мы виноваты,
Что гибли и гибнут впустую солдаты!
За чьи-то разборки, счета и развраты...
Лишь мы виноваты, одни виноваты!
Ответить не в силе, сегодня не в силе,
Зачем сыновей воевать отпустили?
Не ради России, не ради России...
Ответить не в силе, ответить не в силе.
Мы лучше б сумели, однажды успели
Своих сыновей удержать возле двери,
Сегодня они на кавказском прицеле.
А мы не сумели, а мы не успели!
И мы аморалы, все мы аморалы,
Ведь наших ребят предают генералы,
Ведь их убивают ущелья и скалы,
И слухи о них объедают шакалы.
В том наше несчастье, большое несчастье,
Всех, кто их послал не взорвем в одночасье,
И мы виноваты, лишь мы виноваты,
Что гибли и гибнут впустую солдаты.
1999 г.
Мы русские
А сколько пелось на веку различного дерьма
На ухо Ваньке-дураку, чтоб он свихнул с ума.
Чтоб, как Аляску, Русь продал,
Чтоб стал безродный и ничей,
И вроде нынче правит бал кагал Борис Абрамычей.
Припев:
Но с нами Бог, мы ведь русские!
Нам тесны рамки узкие.
Пусть раскаркалось воронье,
Размножая свое вранье.
Бунтари ведь мы, бунтари,
Встанем мы из тьмы до зари,
Рать за ратью за Русь свою,
Нам не кланяться воронью!
Ах, как охота, чтоб Иван заморской саранче
Плясал под дудку за стакан у печки при свече,
Чтоб лаптем в щах горох ловил,
И на своих больших плечах
Дурак из сказки бы возил
"Талант" Борис Абрамыча.
Припев.
Но в сказке той урок сокрыт, как в рясах топоры
Он только ест и только спит, но только до поры.
Петлю проденет в пояску,
И вздернет враз, что там кощей,
За обрезанье на суку
Всех тех Борис Абрамычей!
Припев.
Мы живы, есть и будем, так воспрянем ввысь и вширь.
Глядишь сегодня ты дурак, а завтра богатырь.
Чем жить с поникшей головой,
Как у позорного столба,
Вы лучше спойте-ка со мной
Заветные слова:
Припев.
Сивка-Бурка
Бродит ночь по безымянным закоулкам,
Ни людей вокруг, ни звуков, только бред...
Отвези меня к рассвету, Сивка-Бурка,
Пусть к утру снежок присыплет санный след.
Над Россией ночь, далеко до рассвета.
Вылезает чернь наружу из углов.
Ты прости меня, что я опять про это,
Про надрывный плач твоих колоколов.
Я устал трубить беду в свои клаксоны,
Если полночью страна оглушена.
Я давно не слушал смеха - только стоны,
И моя ль непроходящая вина,
Что не нужен я Тебе в Твоей юдоли,
Что бессмысленно сражаться с темнотой?!
Закуси же, Сивка, удила до боли,
Так вези меня к рассвету, золотой!
Мне январь расставил оттепелей сети,
На меня осин нацелены стволы.
Но, не все должно быть сумрачно при свете,
Тают призраки полуночной хулы!
Филин ухает столетия во мраке,
Млечный Путь дугой к Галактике приник,
Царство тяжких снов... и только вурдалаки
Сыто скалятся на мертвый лунный лик.
Ты прости меня, Россия, - нету мочи
Изменить что-либо, больно наблюдать,
Как бесчинствуют шакалы среди ночи,
Как хотят Тебя на части разорвать.
Бродит ночь по безымянным закоулкам,
К безвременью ночи названье - бред!
Отвези меня к рассвету, Сивка-Бурка,
Пусть к утру снежок припрячет санный след!
Февраль 1993 г.
На Руси иконы плачут
Александру Проханову
Видно, что-то это значит,
Если, как перед грозой,
На Руси иконы плачут
Чистой смоляной слезой.
Знать, беда стучится снова.
Рвется в сумрак без зари
Откровенье богослова
Про одежды во крови.
Значит, чем-то провинились,
Значит, в сердце пустота...
Грянул гром - перекрестились
И... забыли про Христа.
Судный день, куда же деться?
В храмах плачут образа.
Потечет на грудь младенца
Чья-то кровь или слеза.
И когда забьют тревогу
Медным басом звонари,
Кто-то выйдет на дорогу
В одеяньи, весь в крови.
Захотят Россию высечь,
Но пред бесами сильней
Богородиц сотни тысяч,
Сотни тысяч матерей.
Видно бой небесный начат.
Приглядишься к образам -
По Руси иконы плачут...
И еще - по всем по нам...
1999 г.
Голосуй
Вот опять понеслись над страною дебаты,
Вот опять льют друг дружке на головы грязь.
Вот опять не щадят живота жидокрады,
Выдвигая на выборы косноязычную мразь.
Припев:
Голосуй! Просто в урну бумажку засунь.
И не думай о том, что твой жест неприметней чем волос!
Голосуй! А потом пред бедой не пасуй!
Сам такую ты жизнь выбирал, отдавая свой голос!
Вот опять НДР, Жириновский и Лебедь,
Вот опять мафиози, кокотки, вруны...
Вот опять на экране какой-нибудь нелюдь,
Что огромный кусок уж давно своровал у страны.
Припев.
Вот опять обещают нам горы златые,
Вот опять цветом красным повсюду грозят.
Вот опять абрамовичи и боровые,
Что душонкой они за Расею, нам в уши долбят.
Припев.
Вот опять купли, кражи, плакаты, листовки,
Вот опять ящик с баксами в черную дверь.
Вот опять подтасовки и перетасовки,
В их глазах ты дурак потому, избиратель, поверь!
Припев.
Вот опять ты во всем разобраться не в силах,
Но подумай у урны о детях и внуках своих!
Бюллетеня, быть может, тогда не хватило,
Чтоб достойней твоей жизнь сегодня была у других!
Припев:
Голосуй! Просто в урну бумажку засунь.
И не думай о том, что твой жест неприметней чем волос!
Голосуй! А потом пред бедой не пасуй!
Сам такую ты жизнь выбирал, отдавая свой голос!
Эскиз
Если б мне нарисовать День Победы новый,
Я решил бы написать бор вдали сосновый,
Поле, где булатный меч стынет после боя,
Где дожди устали сечь небо грозовое.
Рожь, сгоревшую дотла сквозь лета и зимы,
И забитый в корень зла кол большой осины.
И саму Россию-мать журавлиным клином,
Не уставшую рыдать над убитым сыном.
И все наши города в радугах от света,
Люциферова звезда на копье поддета,
Тень усталости в глазах пыльного солдата,
И Георгий в небесах на коне крылатом.
Красный цвет и белый цвет пьют сегодня с нами,
Все, кого так много лет сталкивали лбами,
И единая страна, как крыло на взлете,
И картавый сатана утонул в болоте.
Ну, а если наяву, не теряя веру,
Как Вернадский призову в помощь ноосферу.
В зиму просится весна громом, не словами!
Так очнитесь ото сна, братия славяне!
Осенив себя крестом, в бой пойдем, как прежде,
За горящий Отчий Дом Сыновья Надежды.
И взовьются точно в срок соколы орлами.
День Победы недалек! Он не за горами!
Песня спецназовца
Креповый берет и бронежилет.
Взяты под присягой долги,
А кому сейчас хочется в спецназ -
Пулею прочисти мозги!
Комуфляжка, пот, кровь, бросок вперед,
За один всего лишь оклад.
Больше ничего делать не дано,
Кроме, как держать автомат.
Вспыхнула Чечня, словно жизнь ничья.
Нам то что, приказ - есть приказ!
Это уж потом с золотом погон
Заклеймят убийцами нас.
Так оно и есть, только долг и честь,
Только смех сбежавшей жены.
Колокольный звон, как похмельный сон,
Проданной за доллар страны.
Номер двести груз в самолетный шлюз -
И поймешь, что все мишура.
Литер на тот свет краповый берет!
Так ни пуха вам, ни пера!
Краповый берет и бронежилет.
Взяты под присягой долги.
А кому сейчас хочется в спецназ -
Пулею проветри мозги!
Убитый первым выстрелом
Осенних листьев чехарда,
Я не узнаю никогда,
Что этот день стал красным днем для сиониста.
Я не видал как дом горит,
Я первым выстрелом убит,
Холуйским выстрелом продажного танкиста.
Я не узнаю тот позор,
Как сёк ОМОН людей в упор,
Ни старикам не дав ни женщинам пощады.
"Гвардейцы", что родную мать
Легко готовые продать
За водку, шмотки, "сникерс", баксы и награды.
Я не видал как торгаши
Визжали:- Бей! Дави! Души!
Кресты в экстазе нацепив на обрезанье.
И, то, что быдло "под ура"
Шампань глушило из горла
При каждом точном из орудий попаданье.
Я не увижу копоть стен,
А так же то, что СИ-ЭН-ЭН,
Как матч футбольный, ретранслировал убийство.
Я слава Богу не узнал,
Что это звездный час настал
Для всех халдеев, педерастов, и лесбийства.
Мне не разрежет больше слух,
Как вам, когда впоёт петух
В мотив "семь-сорок" пошлость псевдо-русской песни,
Мне не приснится страшный сон,
Как кровью залит стадион
За Белым Домом на задворках Красной Пресни.
Мне не покажут средь свечей
На пасху в храме палачей.
Их, кроме как чуму, потомки не воспримут.
И мне не будет жалко вас
Всех, кто с "реформами" угас,
Ведь сраму вашего покойники не имут!
Я не узнаю в двадцать лет,
Что обрядят меня во цвет,
В красно-коричневый по воле сиониста.
Я не видал, как Дом горит,
Я первым выстрелом убит,
Холуйским выстрелом продажного танкиста.
Москва-бург
Пришла весна - красна, как песенный мотив.
Без боя взяв столицу, не спросивши санкций,
Осколком солнца в лужах, не уведомив
На это дело, существующих инстанций.
Уже не так крамолен шок от новостей,
Во снах инфляция проходит стороною.
И не подвластен компетенции властей
Процесс, в народе именуемый весною.
Припев:
И такие всюду страсти:
Вор на воре разной масти.
Как бездарный драматург,
Навязал в огромной пьессе
Блеск и рвань в одном замесе
Натуральный Москвабург.
Сошли снега, взвывают кошки по ночам,
А небо чистое, как глазки у Анютки,
Бросая вызов полусонным москвичам,
Дразнят коленками не только проститутки.
В разгаре шоу из великого поста,
Спит на асфальте бомж, на солнце жмуря брови.
И укрепляет храм Спасителя Христа
Раствор, для прочности замешанный на крови.
Припев.
Всё продаётся от квартиры до жены.
Всё покупается и снова продаётся.
И только либидо не купишь у весны-
Оно бесплатно и беспошлинно даётся.
Но не до либидо в манежке у братвы
И всем лоточникам- кормильцам префектуры-
Им вместо зелени молоденькой листвы
Кругом мерещатся зелёные купюры
Припев.
Здесь по конуркам расползутся впопыхах
Все эти-те с пустым карманом и не в злате,
И по коттеджам в мерседесах и мехах
Все эти-те из пресловутой новой знати.
Здесь темень спустится на бывший Горький-стрит,
И весь Бродвей зажжёт огни своих борделей,
И будет вечер тонкой белой ниткой шит,
И ночь аукнется симфонией капели.
Припев.
Афганский синдром
Сегодня мне сыто и нагло сказали,
Мол, дескать под пули не мы вас послали!
Во след снисходительно так пожурили:
-С руками, с ногами, здоров, не убили!
А что до души, то ее будто нету...
Иди и пляши дураком за монету!
Хоть спойся, хоть спейся, все миру не диво!
И вдаль газанули с поклоном учтивым.
С зубастым оскалом намазанной шлюхи.
А щеки горели плевком оплеухи.
И точно, пощечину нам залепили,
Когда по борделям и хатам блудили.
Сынки, как студенты, имея отсрочку,
Со страху наделав себе на сорочку.
Чужими детьми, как щитом, прикрываясь,
Всегда молчаливо со всем соглашаясь.
Кого не убили, - другое досталось,
Заочно прожили и зрелость и старость.
Мир быстро окрасится черным и белым,
Когда хоть разок полежишь под обстрелом!
Здесь контра, здесь наши, но наших немного,
А в сердце лишь память родного порога.
Там бал нынче правит бычье с сатаною,
Там ты ни к чему со своею войною!
Там Родину давят протектором "Вольво".
Подумать об этом и страшно и больно,
Такая палитра, такая натура -
Дрожите, бычье, в бой идет десантура!
В тельняжках неписанных наших законов...
Эх, мне б автомат, да полсотни патронов...
Тогда бы вы вряд ли надменно сказали,
Что дескать под пули не вы нас послали!
1992 г.
Чёрная свеча
Слов не слышно, хоть кричи,
Холод по плечам,
И опять чадит в ночи
Черная свеча.
Проливая черный воск
В оголтелый мир,
Что стремится среди звезд
В бездну черных дыр.
Виртуальность ни причем.
Век уходит вдаль,
Бьет по темю кирпичем
И дурманит гарь.
Синим пламенем гори,
В Первый Круг гоня.
Нету Спаса на Крови
От того огня!
Инфернальная война,
Разоренный Храм,
Помутненная Луна
В амбразуре рам.
-Кто там? -Я ли, как дурак,
В склянке хохочу?
Затушить нельзя никак
Черную свечу!
Как обманчивы теперь
Солнце, небосвод.
Ты спокойствию не верь,
Ведь который год,
Делай ты, не делай вид,
Что не замечал,
Ночью черная чадит
Над тобой свеча!
Огневая полоса
Хохочет эхо мелким бесом,
Туман, хоть выколи глаза.
И не закат горит над лесом,
А огневая полоса.
Уже назад не повернуть,
Асфальт вскипает на пути.
Но очень должен кто-нибудь
Через свинец живым пройти!
Прорвусь, проеду, проползу
Сквозь огневую полосу!
Ведь это много раз бывало,
Что в полосе не повезло.
Кому-то мига не хватало
Пред глупой пулей, как назло!
Я перед Богом не солгу,
Пусть этот бой - последний бой!
Но больше жить я не смогу
Под люциферовой звездой!
Прорвусь, проеду, проползу
Сквозь огневую полосу!
Ох, как глядеть на это больно,
Что в это пекло без стыда
Сам сатана ведет на бойню
Людей покорные стада.
Шоссе прогнулось горбылем,
Взвывает пламя, как труба.
Не Бог, не дьявол за рулем -
Сама российская судьба.
Прорвусь, проеду, проползу
Сквозь огневую полосу!
Заря Победы вскинет знамя.
За лесом кончится езда.
И с небосклона канет в пламя
Шестиконечная звезда.
Пройдет по этой полосе
За мною кто-нибудь другой.
И искупается в росе
За огневою полосой!
Прорвусь, проеду, проползу
Сквозь огневую полосу!
1998 г.
Алёнушка
Что Аленушке грустится,
Что там душенька томится?
В чистом небе нет жар-птицы,
Среди прочих птиц.
Где же звонкие копыта
У околицы забытой?
Где с главою непокрытой
Долгожданный принц?
Горькая, сладкая,
Ягода не падкая,
Печка, лавочка, наличник, тень через плетень.
Муторно, муторно
В стороне от хутора
Дальней песней затихает уходящий день.
Вымирает деревушка,
Перекошена избушка.
Нынче в радость только кружка
Нищим мужикам.
Кто-то в ящике картавом
Льет налево и направо
Чужеземную отраву
Жадно пьющим ртам.
Карлики гадкие
Пробрались украдкою.
Никому печали нету до любви твоей.
Красное солнышко,
Отгрусти, Аленушка,
Что в России принцев нету,
Нет богатырей.
Кто свихнулся, кто в упадке,
Упыри одни в порядке
Сорняком растут на грядке,
Боже упаси!
Век такое не приснится,
Только, чтоб перекреститься
Гром небесной колесницы
Нужен на Руси!
Русые косыньки
Белы ножки босыньки
Журавель по над колодцем солнце в глубине.
Пыльная,стойкая
От полыни горькая,
Как обычно лето будет в русской стороне.
Догорай, гори лучина
У Аленушки кручина,
И на то одна причина
Угольки в золе.
Скудный выбор: или в рабство
Той Аленушке податься,
Иль, повесившись, болтаться
Ей на журавле.
Сладко, не сладко
Волос, локон, прядка.
Печка, лавочка, наличник
Тень через плетень.
Муторно, муторно
В стороне от хутора
Дальней песней затихает жаркий летний день.
День Победы
Что ж ты, солдат, в День Победы грустишь одиноко
Среди толпы развеселых и пьяных гуляк?
Может о днях грозовых, что остались далеко,
Может о том, что все после сложилось не так?
Может о тех, что с тобой этот год не дожили,
Иль о других, не пришедших с военных полей?
Или о том, что сегодня войну оценили
Жалкой подачкою в двести лужковских рублей?!
Видишь, летит в лимузинах крылатое племя
Шлюх и воров, ренегатов, бандюг и невежд,
Тех, что по совести, и не в военное время
Сразу в расход, не ведя их для следствия в СМЕРШ!
Всех, кто страну, за какую ты дрался, продали,
Знамя Победы на власовский стяг подменя,
Всех, кто до нитки сегодня тебя обобрали
И пародируют мерзкий парад у Кремля!
Фильм про войну прерывают рекламой затычек!
"Орбит", "Кселит", им плевать, что за день на дворе!
Жуй и терпи! Среди прочих тебе зуботычин
Шоу придурков на пошлой Поклонной горе.
Спонсор Кобзон, иже с ним прослезятся немножко,
Даже беспалый, божатся, по пьянке рыдал
В Вечный Огонь... И оставят лишь плачь под гармошку
Платой за то, что весь мир ты собой прикрывал.
Это не их, это твой, фронтовик, День Победы!
И резиденты боятся его как огня!
Запад холеный постигнут немалые беды,
Коль станем жить, верность памяти нашей храня!
Ты, фронтовик, не закончил войну в сорок пятом,
Все мы сегодня с тобою опять на войне,
Что ты, солдат, есть в России лихие ребята,
Долго не править последний свой бал сатане!!!
Что ж ты, солдат, в День Победы грустишь одиноко
Среди толпы развеселых и пьяных гуляк?
Может о днях грозовых, что остались далеко?
Ты ли виновен, что после сложилось не так...
Что ж ты, солдат...
1999 г.
